Знак мертвеца. Чужое имя. Три дня до начала учёбы – и выбор между голодной смертью в переулке и академией, куда меня никто не звал. Архонтия принимает только чистокровных. Я – из тех, кого Совет уничтожил полтора века назад. Официально нас не существует. Неофициально – казнить при обнаружении. Правила просты: не высовываться, не привлекать внимания, дотянуть до выпуска. Были просты – пока ректор не посмотрел на меня так, будто видит насквозь. Он – Архонтид. Охотник по крови. Должен сдать меня Совету. Молчит. И это пугает больше, чем если бы сдал.